» » Отчаянный парень спас всех

Отчаянный парень спас всех

Отчаянный парень спас всех
Мемориальный - значит памятный. Мраморная плита на стене 46-й школы напоминала: “Здесь учился Юрий Ломакин, героически погибший в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в 1944 году". Напротив на площадке памятник - две бетонные стелы, как ложа прикладов: “Учителям и учащимся школы. 1941-1945. Сколько же было их, чьи имена высечены на скорбных скрижалях? На стене в коридоре - золотом по мрамору одних лишь выпускников - 32. Да чтут память.

В простенке меж кабинетами врача и директора - портрет юноши в вельветовой куртке (по моде тех лет), с волной волос над открытым лбом. Портрет словно зацепился, повис на струнах колючей проволоки за которой колонна людей в полосатой робе... Разыгравшись на перемене, мальчишки нет-нет да и налетят на те колючки. Но - не порвут одежды, не оцарапают рук. не почувствую боли. И все же - разом присмиреют...

Останавливаю первого же пятиклассника, спрашиваю, кто на портрете? Парень глядит недоверчиво - нс шучу ли, ведь рядом же табличка: “В целях увековечения памяти..."

- Юрий Ломакин, кто же еще?

А я не шучу. Знаю же, таблички - еще не все. Вон в школе через дорогу пионерская дружина тоже носит имя своего земляка Николая Федорова - Героя Советского Союза и Героя Войска Польского. При входе - барельеф под бронзу и мраморная плита, напоминающая о присвоении дружине его имени. Но из десятка ребят с третьего класса по шестой - ни один, помнится, нс смог ответить, чем же знаменит летчик Федоров? Может, теперь уже знают?

- А что ты знаешь о Ломакине?

- Как он в Бухенвальде двух эсэсовцев заколол, это когда их на казнь вели. А еще он учился вон в том классе, а тут у нас его музей, - показа! на дверь и убежал по своим делам.

Школьный музей - он же кабинет литературы, идут здесь обычные занятия. А все ж какая-то не обыденность во всем чувствуется. На стене фотография Юрия - стриженного, в пилотке. в форме курсанта, с надписью на обороте: “Дорогому и любимому отцу от будущего летчика-сына..." Под ней парта старинного образца с латунной табличкой, подтверждающей, что это его парта По стенам и в витринах - разные фотографии и документы короткой биографии Ломакина, свидетельства очевидцев его славной гибели.

Сижу за Юриной партой, слушаю бойкого экскурсовода-шестиклассника обратившего внимание на разночтения в источниках, предлагающего собственную трактовку событий, а сам думаю о детях, которым Юрий мог бы стать отцом, а этому вот мог бы быть дедом. Думаю о той девчонке, которой не суждено было дождаться его с войны - и для нее (давно уже бабушки) он навсегда останется прежним десятиклассником, каким смотрит с портрета в коридоре.