» » Исторический живописец

Исторический живописец

Исторический живописец

Историк Протоклитов выявил, что Василий Иванович Суриков (1848-1916 гг.) отдыхал на даче в городе. Его зять Кончаловский (тоже художник) также отдыхал в городе. Такая связь поколений с Малаховкой наводит на мысль, что, возможно, у них была дача в городе.

Для такого предположения есть все основания. Известно, что с 1877 пода Суриков постоянно живет в Москве. а значит, здесь он прожил 39 лет. Суриков был достаточно обеспеченным художником, о чем говорит его правнук Андрей Кончаловский, и имел возможность купить или построить дачу, а Малаховка и се окрестности были наиболее предпочтительными дачными местами для москвичей в то время.

Это подтверждается воспоминаниями Андрея Кончаловского (“Низкие истины"), где он говорит, что вернувшись из эвакуации, они жили на даче, очевидно, на даче своего прадеда. Очевидно, также, что Малаховка и Кушаково сливаются в как бы единый дачный массив. Впоследствии у Михалковых появилась новая дача в более престижном месте, на Николиной горе. Нac же интересует судьба старой дачи, где жил Суриков. Свет на это могли бы пролить его правнуки Н. Михалков и А. Кончаловский. Но они люди занятые. Андрей Кончаловский все больше живет за границей. Впрочем, в последние годы посерьезнел и принялся за мемуары. обнажающе откровенные. Но вот один прекрасный рецепт Андрея по изготовлению волки “Кончаловской", пользовавшейся необыкновенной попу-лярностьюу многочисленных друзей их семьи, стою осуществить. А секрет предельно прост: настоять водку на почках черной смородины. Выразим ему нашу благодарность за отличный совет и обратимся к его брату Никите Михалкову.

Слабая надежда была, что вдруг расчувствуется он, вспомнив детство, и напишет, тем более, как ему сообщили в письме, надо это для Малаховского музея. Но нет... не ответил.

На 15-ой передвижной выставке 1887 года, где впервые была представлена “Боярыня Морозова", В. Стасов
произнес: “По-моему “Морозова" теперь первая из всех наших исторических картин". Нельзя нс остановиться на личности Федосьи Морозовой. Она была самой знатной, самой богатой и красивой особой при дворе царя Алексея Михайловича. После смерти мужа направила всю свою деятельность и все свое богатство на помощь бедным и больным. Но ... поворот судьбы, и она становится неугодной царю, поскольку не признала церковных нововведений Никона, оставаясь верной старым канонам, как и подавляющая часть простого народа. Соловецкий монастырь весь отказался принять троеперстное сложение. “Хотим остаться в старой вере и умереть за нее!" - кричали монахи. Монастырь был взят приступом, архимандрит Никапор и его сторонники схвачены и казнены.

Соловецкие мученики стали почитаться святыми. Власти стали сжигать приверженцев старины, но они не только не страшились этой смерти, а сами искали ее. Эти самосожжения начались вскоре после Соловецкой осады и сделались тогда обычным явлением. И только Петр III прекратил преследование старообрядцев, как и существование тайной канцелярии, занимавшейся политическим сыском.

Но вернемся к Морозовой. Ее подвергли пыткам на дыбе, но она мужественно их вынесла Царь не рискнул се казнить, т.к. знал, что народ ее боготворит. Царю захотелось посмотреть на бывшую красавицу после пыток, и он разработан красочный сценарий ее проезда по Кремлю, чтобы из окна своего дворца он мог лицезреть ее.

Сценарий был таков: впереди ее обычный выезд из 12 белых лошадей цугом, с ее сыном Ваней в карсте, чтобы побольнее сделать ему и матери, которая в простых санях следом вместе со своей родной сестрой, добровольно разделившей се участь. У них закованы цепями шеи, а не руки, что считалось более позорным. Незадолго до этого был четвертован Степан Разин, и его голова, надетая на кол, “украшала" Красную площадь.